Князь Кропоткин искал подтверждение теории Дарвина, но пришел к выводу, что основа развития — доброта и взаимопомощь, а не конкуренция

Прошло 5 лет с тех пор, как царь Александр II пообещал освободить крестьян. Полагаясь на карту, нарисованную тунгусским охотником на коре острием ножа, трое российских ученых отправились исследовать горную пустыню, простирающуюся по всей Восточной Сибири. Их задачей было найти прямой проход между золотыми приисками реки Лены и Забайкалья.

В итоге исследователи сделали множество открытий, которые изменили представление о географии Северной Азии. Также они нашли путь, по которому была проложена Трансманчжурская железная дорога. Для одного изыскателя, прославившегося более как анархист, чем ученый, эта экспедиция оказалась началом долгого путешествия к новому пониманию эволюции и самым сильным аргументом в пользу социальной революции. Как князь Кропоткин искал подтверждение теории Дарвина, расскажем ниже.

Путешествие князя Кропоткина

Князь Кропоткин искал подтверждение теории Дарвина, но пришел к выводу, что основа развития - доброта и взаимопомощь, а не конкуренция

Князь Петр Кропоткин, выпускник элитной русской военной академии, путешествовал в 1866 году со своим другом-зоологом Иваном Поляковым и топографом Маскинским. Лодка и лошадь доставили их на Тиконо-Задонский золотой прииск. Оттуда они продолжили путь с 10 казаками, 50 лошадьми, 3-месячным запасом еды и старым юкагирским проводником-кочевником, который ходил этой дорогой 20 лет назад.

Кропоткин и Поляков — полные энтузиазма, любопытные и начитанные 20-летние парни — были увлечены перспективой отыскать свидетельства определяющего фактора эволюции, изложенного Чарльзом Дарвином в «Происхождении видов» (1859 г.): конкуренции. Но путешествие принесло им одним разочарования. Как позже писал Кропоткин: «Мы видели множество приспособлений для борьбы, часто совместной, против неблагоприятных климатических условий или различных врагов. Поляков написал много хороших страниц о взаимной зависимости плотоядных, жвачных и грызунов в их географическом распределении. Мы были свидетелями множества моментов взаимной поддержки. Но факты реальной конкуренции и борьбы между высшими животными одного и того же вида очень редко попадали в мои заметки, хотя я с нетерпением их искал».

Кропоткин о доброте среди животных

Кропоткин пытался понять это противоречие десятилетиями. Наблюдательность и постоянное чтение убедили его, что то, что он видел в Сибири, не исключение, а правило. В 1860-х годах он наблюдал, как огромное количество ланей собиралось тысячами, чтобы пересечь реку Амур в самом узком месте и избежать раннего снегопада. В 1882 году он был очарован крабом, упавшим на спину в Брайтонском аквариуме, которого мгновенно спасла группа товарищей.

Кропоткин собрал со всего мира описания доброго поведения муравьев, пчел, термитов, соколов, обезьян и иных обитателей лесов и полей. В итоге он написал: «По мере того как мы поднимаемся по шкале эволюции, мы видим, что ассоциация становится более осознанной. Она теряет чисто физический характер, перестает быть инстинктивной, становится аргументированной».

Немного о Кропоткине-анархисте

В 1872 году в Швейцарии Кропоткин стал анархистом. Вернувшись в Россию, князь присоединился к революционному кружку Чайковского, распространял подпольную литературу и читал лекции рабочим Петербурга под видом крестьянского агитатора Бородина. В итоге его заключили в тюрьму, но в 1876 году ему помогли бежать товарищи.

В 1883 году он снова стал политическим заключенным, на этот раз во Франции. Это второе заключение дало ему время развить свои аргументы об эволюции: он начал систематически обращаться к противоречивым интерпретациям Дарвина, возникающим в разных частях мира.

Кто такой Томас Хаксли

Князь Кропоткин искал подтверждение теории Дарвина, но пришел к выводу, что основа развития - доброта и взаимопомощь, а не конкуренция

В Англии биолог, антрополог и анатом Томас Хаксли быстро превратился в «бульдога Дарвина». Хаксли был готов «пойти на кол, если потребуется», чтобы защитить эволюционную доктрину. Его взгляды на человеческую природу и политическую экономию были определены Томасом Гоббсом и Томасом Робертом Мальтусом: жизнь была бесконечной борьбой за ограниченные ресурсы.

Публикация Хаксли

После того как Хаксли опубликовал свое пессимистическое эссе «Борьба за существование и ее влияние на человека» (1888 г.) в викторианском ежемесячном обзоре «Девятнадцатый век», Кропоткин оказался в хорошей позиции, чтобы начать атаку на представление Хаксли о природе как о «гладиаторской». К этому времени князь обосновался в Англии, став настоящей знаменитостью в социалистических и анархистских кругах, процветавших в середине 1880-х годов. Он продвигал свои политические идеи в международной левой прессе и был соучредителем лондонского журнала Freedom, но зарабатывал на жизнь написанием статей для научных периодических изданий.

Эссе Кропоткина

Князь Кропоткин искал подтверждение теории Дарвина, но пришел к выводу, что основа развития - доброта и взаимопомощь, а не конкуренция

Между 1890 и 1915 годами в серии междисциплинарных эссе Кропоткин опирался на биологию, социологию, историю, (антирасистскую) этнологию и антропологию, чтобы доказать, что виды могут организовываться и сотрудничать, чтобы преодолевать трудности в естественной среде и обеспечивать свое будущее выживание. В 1902 году первые 8 эссе были объединены в книгу под названием «Взаимопомощь: фактор эволюции», в которой рассказывается о взаимной поддержке в животном мире (от микроорганизмов до млекопитающих), древних и средневековых странах, человечестве в целом.

К чему стремился Кропоткин

Князь Кропоткин искал подтверждение теории Дарвина, но пришел к выводу, что основа развития - доброта и взаимопомощь, а не конкуренция

Кропоткин стремился восстановить неискаженного Дарвина, метафоры которого не следует понимать слишком буквально. Но его призыв понять сострадание как «мощный фактор дальнейшей эволюции» расчистил путь для очень специфического политического видения: люди могут преодолеть конкурентную борьбу путем добровольной реструктуризации и децентрализации общества на принципах сообщества и самодостаточности.

Идеи Кропоткина о взаимопомощи часто отвергались. Название исповедального эссе Стивена Джея Гулда гласит: «Кропоткин не был чокнутым» (1988). Стивен писал: «Если Кропоткин черпал неуместную надежду на социальную реформу из своего представления о природе, то другие дарвинисты так же ошибались в оправдании имперского завоевания, расизма и угнетения рабочих как сурового результата естественного отбора в конкурентной среде».

Спустя столетие взаимопомощь стала процветающей моделью политической и социальной организации, и идеи Кропоткина подпитывали тысячи восходящих добровольных инициатив, в том числе движение Common Ground Relief и Occupy. Его наследники радуются новому лозунгу: «Солидарность, а не благотворительность».

Нашли нарушение? Пожаловаться на содержание

Оцените статью
Добавить комментарий

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.